«Мир женской души в поэзии А. Ахматовой»

Сочинение

Женская душа во все времена оставалась загадкой для мужчин. Но они всегда к этому стремятся, ведь понять женщину — значит, понять мир. Читая лирику Ахматовой, можно больше узнать об этой отдаленной и неведомой галактике — женской душе.

Выразителем женского мироощущения в творчестве Ахматовой, конечно, является лирическая героиня, которая взрослеет и мудреет вместе с автором.

Обратившись к раннему творчеству поэтессы, мы можем отметить в лирической героине того периода некоторые весьма характерные черты. При сравнении двух стихотворений — «Сжала руки под темной вуалью…» и «Песня последней встречи» — сразу выделяется общая для них тема расставания, а точнее — переживания женщины из-за разрыва с любимым человеком. Лирическая героиня здесь — еще совсем молодая девушка.

Оба стихотворения позволяют нам приоткрыть завесу над тайной женской души. Первая особенность, которая бросается в глаза, — это противоречивость, даже парадоксальность мышления героини. В первом стихотворении она считает себя виновницей расставания, именно она «терпкой печалью напоила его допьяна». Но, доведя дело до разлуки, она бежит за ним до ворот и кричит: «Шутка // Все, что было. Уйдешь, я умру».

В стихотворении «Сжала руки под темной вуалью…» героиня бежит за героем, уходящим из ее дома в ворота — дверь из замкнутого пространства в общий большой мир — навсегда. В «Песне последней встречи» героиня сама уходит из когда-то близкого, а теперь ставшего для нее чужим дома. Волнение, которое охватывает героиню выдается только одной фразой: «Я на правую руку надела // Перчатку с левой руки».

Так как в обоих стихотворениях есть сюжет, то есть и кульминация. В «Сжала руки под темной вуалью…» это разговор героя и героини в последней строфе, в «Песне последней встречи» - диалог героини с «осенним шепотом». Диалог скорее характерен не для поэзии, а для эпического произведения. Он привносит сюжетность и передает накал страстей.

В обоих случаях подчеркивается отстраненность героини и героя друг от друга. В ответ на просьбу о прощении герой отвечает девушке «Не стой на ветру», нарочито подчеркивая заботу о ней. Но, в то же время, он показывает, что ему уже не нужны ни ее чувства, ни ее признания. В другом стихотворении отклик в душе героини находит реплика осеннего ветерка:

Я обманут моей унылой

Переменчивой, злой судьбой.

Она тоже чувствует себя обманутой, несправедливо обиженной. Сам герой не показан, он не говорит с героиней — все слова уже сказаны там, где свечи горят «равнодушно-желтым огнем», в доме, где он остался, но его присутствие явно и ощутимо. Именно это и создает настроение героини и настроение всего стихотворения.

В момент кульминации и во втором стихотворении звучит: «Со мною умри!» Аура смерти придает особое звучание мотиву разлуки: переживания героини становятся максимально драматичными, выводят всю ситуацию, описанную в стихотворении, на совершенно новый эмоциональный уровень.

Уже абсолютно другая ипостась лирической героини раскрывается в стихотворении «А, ты думал — я тоже такая…» Та же тема разлуки обыгрывается автором абсолютно по-другому. И героиня переживает разлуку иначе: она вызывает у нее гнев и злобу, желание высказать все наболевшее. Героиня задает риторический вопрос: «А, ты думал — я тоже такая, // Что можно забыть меня?»

Ответ на этот вопрос уже заведомо известен. Нет, он не сможет забыть. Злая ирония пронизывает последние строчки первого катрена. Героиня будто издевается над любимым:

А, ты думал…

…что брошусь, моля и рыдая.

Под копыта гнедого коня.

Неслучайно в стихотворении возникают и мотивы любовных заговоров:

Или стану просить у знахарок

В наговорной воде корешок

И пришлю тебе страшный подарок —

Мой заветный душистый платок.

Героиня опять-таки насмехается над героем. Но во второй части вдруг тон становится серьезным и даже суровым. За убийство любви она проклинает героя. Душу его героиня называет «окаянной». И поклявшись самым святым и светлым, что есть у нее в жизни: «ангельским садом», «чудотворной иконой», чадом «пламенных ночей», лирическая героиня обещает: «Я к тебе никогда не вернусь».

Это обещание дается скорее самой себе. Поразительны в стихотворении два момента. Во-первых, любовь плотская и любовь христианская для героини равноценны. А во-вторых, чрезвычайно эмоциональное стихотворение не содержит ни одного восклицательного знака. Что это означает? То, что решение, принятое героиней, рассудочно и холодно. Между стихотворениями «Сжала руки под темной вуалью» и «А, ты думал — я тоже такая…» прошло десять лет, но лирическая героиня очень повзрослела.

Совершенно ясно, что, несмотря на возможность многообразия трактовок этих стихотворений, все они вероятны только в рамках единого сюжета, который не вызывает сомнений, и происходят из загадочности женского характера, загадочности самой жизни. Но загадочность эта не мистическая, а обыкновенная, свойственная жизни вообще и женской жизни в частности, загадочность любви, которую никто не отрицает и не подвергает сомнению.