«Мотивы и образы лирики одного из поэтов Серебряного века»

Сочинение

Свою первую книгу стихотворений, который назывался «Сборник стихотворений», Бальмонт издал в 1890 г. Всё издание было проникнуто меланхолическим настроением, основные темы лирики этого начального периода — природа и любовь.

В 1894 г. появляется стихотворный сборник «Под северным небом». Характерные мотивы двух этих книг — гуманизм, гражданская скорбь, самоотречение. Поэт отрицает «красоту богов Эллады» и противопоставляет ей единственную подлинную красоту «любви, печали, отреченья и добровольного мученья за нас распятого Христа».

Важнейший мотив всей лирики Бальмонта — сон. В сборнике «В безбрежности» поэт впервые пробует отодвинуть реальный мир на задний план и позволить сновидению восторжествовать над призрачностью бытия. Мотив упоения «загадочными снами» «на алмазном покрове снегов, // под холодным сияньем луны», встретившийся в «Под северным небом», стал господствующим в этом сборнике. В 90-е годы отличительными чертами бальмонтовской поэзии являются субъективизм, культ мимолетности, прихотливая изменчивость настроений. Мимолетность, быстрое течение мгновения, мига, вообще становится центральной темой лирики этого периода. Бальмонт утверждает бесстрастие как первую ступень выделения и самоутверждения самоценной личности. Его душа «холодна», мечты - «безмолвны», он — «дух бесстрастный», его сердце «только в себя невозвратно влюблено». Он зовет «за пределы предельного», «от грани тесной в мир чудесный, к неизвестной красоте».

После встречи с Брюсовым поэт примыкает к кружку символистов. В этот период Бальмонт зачитывается Бодлером и Эдгаром По, что оказало сильнейшее влияние на все его последующее творчество.

Новым этапом в творчестве поэта стал сборник «Горящие здания». На смену уныло-сумрачному настроению первых книг приходит радостное, жизнеутверждающее мироощущение, на смену тоскливой жалобе — гимн бытию. Сам поэт в одном из предисловий так охарактеризовал этот резкий поворот в своем творчестве: «Оно началось с печали, угнетения и сумерек. Оно началось под Северным небом, но силою внутренней неизбежности, через жажду безграничного, Безбрежного, через долгие скитания по пустынным равнинам и провалам Тишины подошло к Радостному Свету, к Огню, к победительному Солнцу».

Сборник начинается стихотворением «Крик часового», в котором очевидна смена символов поэта. «Проснитесь!» — восклицает часовой в стихотворении. Таким образом, поэт отказывается от главного символа предыдущей лирики — сна. В сборнике также происходит отказ и от других символов и особенностей поэзии: излишней возвышенности слога («Я устал от нежных снов, // От восторгов этих цельных // Гармонических пиров // И напевов колыбельных. // Я хочу горящих зданий, // Я хочу кричащих бурь!»), символа полночи («В сердце моем — полночи нет»). На смену усталому, меланхоличному герою предыдущих сборников здесь приходит цельная вольнолюбивая личность, устремленная к «свету», «огню», «Солнцу». Эти слова становятся основными символами в поэзии Бальмонта. А излюбленным образом становится сильный, гордый и «вечно свободный» альбатрос.

В новом сборнике стихотворений «Будем как Солнце» Бальмонт пытается построить такую картину мира, в центре которой находится верховное божество — Солнце. Как бы уподобляя себя первобытному человеку, поэт слагает гимны огню, воде, Луне. Главная из жизненных стихий для поэта — огонь. Лирический герой приобретает новый облик: состояние его души можно определить как горение, пожар чувств. Он уподобляет себя огню:

Вездесущий огонь, я тебе посвятил все мечты,

Я такой же, как ты.

Поэт славит желание, сладострастие, «безумства несытой души». В связи с этим в сборнике появляется образ дьявола («Голос дьявола», «Inkubus»).

Образ Солнца перешел и в следующий сборник поэта — «Только Любовь. Семицветник». Вообще, в лирике Бальмонта подсознание преобладает над сознанием. Именно поэтому такую большую роль поэт отводит стихиям — ведь, в них нет сознания. Поэт упрекает современников в том, что они ушли от первооснов Бытия, от Природы и Солнца, утратившим свою изначальную цельность («Мы разорвали, расщепили живую слитность всех стихий»; «Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть»).

Тема России также есть в лирике Бальмонта. Однако Россия у него — прежде всего, древняя «былинная» Русь, предания и сказы которой поэт стремился переложить на собственный лад. Увлечение поэтом русской и славянской стариной нашло отражение в сборнике «Злые чары».

О поэзии Бальмонт высказывался так: «Поэзия есть внутренняя Музыка, выраженная размеренной речью». Наподобие древних, поэт наделяет поэзию волшебно-магическим, заклинательным смыслом. На примере народных сказаний и мифов утверждается «первичность и самобытность» древней поэзии («Первичный человек всегда Поэт»).

В истории русской литературы Бальмонт навсегда останется одним из зачинателей символизма. Индивидуалистический бунт, крайний субъективизм, эстетство — вот черты, определяющие лирику Бальмонта.

Однако все творчество поэта нельзя назвать чисто символистским. Многие его произведения носят импрессионистический характер. Все творчество зрелого Бальмонта проникнуто и озарено мечтой о Солнце, о Красоте. Серой будничной современности, обездушенной цивилизации железного века поэт стремится противопоставить первозданно целостное, совершенное и прекрасное солнечное начало. И хотя свой идеал поэт неизменно искал в глубокой древности, в укладе жизни и поэзии первобытных народов, но поиски эти основывались на его представлении об идеальном человеке будущего.